Начать сначала
Евгений Михайлович Абалаков. Альпинист, художник и скульптор Евгений Михайлович Абалаков. Покоритель Тянь-Шаня Евгений Михайлович Абалаков. Скульптор Евгений Михайлович Абалаков. Альпинист, покоритель Памира
Солнце уже перешло зенит и клонилось к западу, вершина все еще была далека. Надо было спешить. Развязались, Абалаков пошел быстрее. Горбунов, старавшийся заснять "лейкой" все моменты восхождения, стал отставать.

Расстояние между альпинистами увеличивалось. 7300, 7350… Страшная разреженность воздуха сковывает движения, лишает сил, мутит разум. Небо над сверкающим фирном кажется темнофиолетовым.

Горбунов смотрит вслед удаляющемуся Абалакову и вдруг видит рядом с ним… самого себя. Он проводит рукой по темным очкам, защищающим глаза от слепящего света, - галлюцинация не исчезает. Он по-прежнему видит самого себя, шагающего рядом с Абалаковым.

Затем у Горбунова мелькает опасение, что они не успеют до наступления темноты достигнуть вершины, и он кричит Абалакову, чтобы тот не шел дальше: надо вырыть в снегу пещеру, переночевать в ней и завтра продолжать восхождение.

Только глубочайшее, еще не изученное наукой действие высоты на все отправления человеческого организма могло породить такую бредовую мысль. Ночевать в снегу без спальных мешков на высоте 7350 метров значило через полчаса уснуть навсегда…

Абалаков не слышит. Вершина близка. Она влечет неудержимо. Ничто больше не может остановить Абалакова - ни надвигающаяся темнота, ни признаки вновь начинающейся вьюги. Он идет вперед. 7400, 7450… Он уже на вершинном гребне. Еще несколько десятков метров по гребню к югу, к его наивысшей точке, - и цель достигнута. Но силы изменяют Абалакову. Он падает в снег. Тяжкие молоты стучат в висках. Рот раскрыт, как у рыбы, вынутой из воды. Кислорода нехватает, он задыхается.

Отлежавшись, Абалаков попробовал встать. Встать не удалось. Удалось подняться на четвереньки. И на четвереньках, шаг за шагом, преодолевает Абалаков последние метры пути

 

 

казино фараон
Абалаков стоит на вершине. Памир, величайший горный узел мира, лежит под ним грандиозной рельефной картой. Горные цепи и реки глетчеров уходят в даль, за границы Китая, Индии и Афганистана. Сверху, с птичьего полета, видна величественная свита пика Сталина.

Мощным снежным шатром, ближе всех других вершин, высится невдалеке пик Евгении Корженевской. Недвижно текут широкие, расчерченные черными полосами срединных морен ледники Бивачный и Турамьгс.

Темнофиолетовое небо пылает на западе неярким пожаром заката. Розовые блики ложатся на вершины гор. Восточные склоны покрыты холодной голубизной вечерних теней. С востока двигается легкая пелена облаков. Озаренная лучами заходящего солнца фигура Абалакова бросает на них гигантскую тень. Чудовищный двойник рождается в облаках. Абалаков поднимает квеpху руку - двойник в точности повторяет его движение. Километровый человеческий силуэт в облаках жестикулирует... И пока Абалаков, охваченный радостью победы, стоит на вершине, Горбунов, в нескольких стах метров ниже, продолжает мучительный подъем. Где-то внизу он оставил воткнутый в снег ледоруб. Замерзшие руки он спрятал под штурмовой и ватный костюмы и старается отогреть их теплом собственного тела. Ощущение странной нереальной легкости причудливо сочетается с огромным напряжением, которого требует каждый шаг. Вершиной гребень и темная фигурка Абалакова на нем близки и все же недостижимо далеки

Михаил Ромм. Штурм Пика Сталина

 

 

Другие виды:

[x] [x] [x] [x]

Посмотреть на карте: 55.724905; 37.55395